Литургия (пояснение) часть 2

Вторая часть Божественной литургии носит название Литургии оглашенных. Так называется она потому, что при совершении ее могли присутствовать оглашенные, то есть те, которые только готовились ко святому крещению. Кроме них, здесь могли быть и евреи, и язычники, если они хотели послушать службу. В древнее время вся эта часть Литургии происходила в середине храма, тогда не было установленных молитв, из уст молившихся выходили пламенные гимны и краткие молитвенные воздыхания, из которых составились позже наши песнопения и ектении.

Подготовившись к радостной вести Рождества Христова, диакон выходит через северные двери пред царские врата и делает три поклона, говоря про себя: «Господи, устне мои отверзеши…», – потом громко возглашает, подняв орарь правою рукою, наподобие крыла ангела, которого он изображает в этот момент: «Благослови, владыко». Священник из алтаря отвечает: «Благословено Царство Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков». На это народ торжественно отвечает: «Аминь» – истинно, правильно ты говоришь. Перед этим возгласом священник, взяв в руки святое Евангелие, знаменует им крестообразно святой престол. Глубокий смысл имеет это действие: святое Евангелие – символ Самого Господа Иисуса Христа. Крест – орудие нашего спасения. Делая знамение креста святым Евангелием, священник как бы говорит, что Господь наш Иисус Христос путем крестным, смертью Своею спас нас, открыл нам благословенное Царство, которое воспоминается в последующих возгласах.

Посмотрите, какой глубокий смысл. Воспоминая крестные страдания Спасителя, о рождении Которого только что согласились возвестить священнослужители, священник провозглашает о Царстве Сына Божия, в Троице покланяемого: «Благословено Царство…»; в самом начале Литургии провозглашается Царство, но Царство не земное, не царство, основанное на насилии, на гнете,– нет, провозглашается Царство мира, благословенное Царство Отца и Сына и Святаго Духа. Царство земное – преходящее царство, а Царство, о котором провозглашает священник, пребывает во веки веков. Об этом Царстве возвестили миру ангелы, когда пели: «Слава в вышних Богу…» Теперь в Литургии изображают священнослужители, один из которых – диакон – является перед людьми, как ангел перед пастырями.

Весть о рождении Христа принесла радость всему миру, и древние христиане на возглас священника о наступлении Царства благословенного отвечали пламенными гимнами. У нас за возгласом следует великая ектения. Но в древности ее не было, она здесь не на месте, вот почему ее не сопровождает молитва священника, как обычно бывает. Здесь в древнее время только лились ликующие песнопения. После великой ектении начинают петь антифоны, по-русски это слово значит «противогласник». Так называются эти песнопения потому, что их поют попеременно то один, то другой клирос, как бы перекликаясь. Антифоны теперь часто поют очень сокращенно, на одном клиросе. Это очень неправильно, и в древнее время, конечно, так не было. Нужно нам восстановить древний обычай попеременного пения антифонов; чаще всего как первый антифон поют «Благослови, душе моя, Господа…»

Пение антифонов является воспоминанием пророков, предрекших нам Христа Спасителя. Ангелы поклонились Рожденному в первой части Литургии. Теперь на поклонение Ему спешат пророки. Здесь в храм приходят гремящий Илия и Елисей, здесь находится пламенный Исайя, этот ветхозаветный евангелист, возвестивший Еммануила, так ярко изобразивший страдания Его, как бы своими глазами видел пророк страдания Христа. Сюда же с ними прославить Рождшегося приходит царь, пророк и поэт Давид-песнопевец с мудрым Соломоном. Давид особенно много говорил о Христе: Его рождение, страдания и смерть описаны с необыкновенной точностью и яркостью. Кажется, что все это произошло перед глазами пророка, хотя он умер за много лет до появления Спасителя.

Каждый антифон сопровождается тайной молитвой священника. Первый антифон отделяется от второго малой ектенией. «Паки и паки миром Господом помолимся», – начинается она. Царство мира, провозглашенное ангелами, призывается в нашу среду человеческую: «Заступи, спаси, помилуй и сохрани нас, Боже, Твоею благодатию». Четыре вида благодати испрашиваются здесь. Без благодати сами мы ничего не можем сделать, и вот мы обращаемся за этой благодатной помощью к Самому источнику благодати – к Богу. «Заступи» – это значит огороди, закрой, предохрани нас благодатию.

Кругом искушения, кругом козни врага. Огороди, заступи, спаси, погибаю – так мы просим. Как Петр закричал среди волн: «Спаси, погибаю»,– так и мы просим не только оградить, закрыть нас, но и спасти, если мы попали уже в бурю напастей. Спаси, вырви, исторгни нас из пучины бед. «Помилуй» – это уже третий вид помощи. Если мы не могли скрыться за забралом Твоей помощи, если мы не удержались средь бурь искушений, не схватили руки Твоей, а впали в искушения, то прости нас, помилуй – будь милосерд немощи нашей. Но нам мало благодатной помощи теперь, в минуту искушений, – нет, и впредь «сохрани» нас, потому что только под охраною Твоею Тебе мы предаем и себя, и всех, и своих, и всю нашу жизнь. Вот смысл прошений этих, глубоко умилительных.

Часть Божественной литургии от «Едннородный Сыне…» до малого входа изображает земную жизнь Господа Иисуса Христа до явления Его народу, жизнь Его, проведенную в неизвестности Назарета. Малый вход изображает Крещение и начало проповеди Спасителя. В песнопении, сложенном Юстинианом Великим, императором Византии, вспоминается поклонение пастырей и с ними всего рода человеческого Господу Иисусу Христу родившемуся. Явлению Его народу предшествует пение заповедей блаженства. Они прежде всего рисуют нам образ Самого Господа Иисуса Христа, каков Он был в Своей земной жизни. В то же время эти заповеди указывают нам, кто может воспринять учение Спасителя, какими духовными качествами должны обладать последователи Иисуса Христа.

При малом входе несут свечу, за нею Евангелие, и дальше идет священник. Свеча обозначает предтечу Господа, Иоанна. Евангелие – Самого Иисуса Христа. «Господу помолимся», – возглашает диакон, несущий Евангелие. Он воздвизает его вверх, во славу Святой Троицы, явившейся при Крещении Господа Иисуса Христа. Остановившись в царских вратах, диакон провозглашает: «Премудрость, прости», – и делает Евангелием знамение креста. Этот момент – воспоминание Крещения Господа. Слово «премудрость» напоминает нам, что тайна эта – тайна Богоявления, недоступная нам, разуму человеческому. Словом же «прости» установлено призывать всех ослабевших, лениво, небрежно стоящих к внимательному, благоговейному слушанию Литургии.

После малого входа поются тропари и кондаки празднику. В этот момент мы, обращаясь с нашей молитвой к явившемуся в мир Господу, призываем празднуемых святых как ходатаев за себя. Вслед за этим воспевается «Трисвятое» – песнь ангельских сил пред престолом Божиим. Святую Троицу прославляет эта песнь, о происхождении которой святая Церковь рассказывает так: в Царьграде случилось землетрясение, народ был в ужасе от этого страшного бедствия. В это время вихрь поднял малютку-мальчика высоко-высоко и опустил обратно на землю. Ребенок рассказал собравшемуся около него народу, что, поднявшись вверх, он услышал пение ангелов:

«Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный»; «помилуй нас» стал прибавлять народ к этой молитве. Во время пения этого молитвословия землетрясение прекратилось. И молитва вошла в число песнопений Божественной литургии и других церковных служб.

Следующее за «Трисвятым» чтение Апостола является воспоминанием проповеди учеников Господа, а чтение Евангелия – проповеди Самого Иисуса Христа.

Сщмч. Серафим (Звездинский)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика